aif.ru counter
359

Вадим Репин: «Координаты сместились на восток»

Сюжет Транссибирский Арт-Фестиваль
Варвара Канаева / АиФ

Его называют лучшим скрипачом мира. Его гастроли расписаны на несколько лет вперёд. Но сейчас музыкант с мировым именем говорит, что все его координаты сейчас сместились «на восток» — в Новосибирск.

Хочу исправить недоразумение

Именно в Новосибирске наш земляк Вадим Репин организует один из самых громких мировых музыкальных фестивалей — Транссибирский арт-фестиваль.

— Почему вы решили организовать фестиваль в Новосибирске?

— Это дом, здесь живёт моя мама, она не поддалась на мои уговоры переехать в Москву, Петербург или зарубежные столицы. Это город, куда я люблю возвращаться… Кроме того, здесь созданы хорошие условия для обучения детей музыке. Я уверен, Новосибирск может стать одной из музыкальных столиц мира. Новый концертный зал словно создан для проведения музыкальных фестивалей мирового уровня. Но так случилось, что о Новосибирске на Западе мало знают. Мне хотелось исправить это недоразумение. Так родилась идея собрать в Новосибирске самых знаменитых музыкантов мира и тем самым рассказать мировому сообществу, что есть город, который вполне может стать местом паломничества любителей искусства. Трансляции концертов будут вести передовые теле- и видеоканалы, сюда приедут критики и ценители музыки со всего мира.

— Вы собирали музыкантов на первый фестиваль по определённому принципу?

— У нас было всего сто дней на то, чтобы заручиться поддержкой коллег. Поэтому в этот раз принцип такой — приедут те, у кого нет жёсткого гастрольного графика в апреле 2014 года, кто сможет выкроить хотя бы день для Новосибирска. И второй принцип — всех музыкантов, которые соглашались к нам приехать, я спрашивал, что бы они хотели исполнить, что их сейчас тревожит. Такой подход к построению программы считаю самым правильным, чтобы каждый концерт был на максимальном уровне — артисты будут находиться на пике своего душевного состояния.

Когда вёл переговоры, то многие друзья сказали, что хотят играть со мной, а я не мог им отказать. Поэтому я буду играть на девяти концертах. Самый важный: концерт «Дети — детям», который будет сыгран 5 апреля. В нём взрослые музыканты, виолончелист Марио Брунелло, молодой пианист Андрей Коробейников, альтист Илья Тарасенко и я сам, будут играть вместе с учащимися Новосибирской специальной музыкальной школы и юношеским симфоническим оркестром.

Думаю, одним из самых интересных проектов станет концерт 19 апреля, где я буду играть на скрипке, а моя супруга, прима-балерина Большого театра Светлана Захарова, — танцевать. Этот проект уже несколько лет ждут в разных странах мира, но его премьера состоится здесь, в Новосибирске. Что получится — я ещё не знаю.

Я мечтал, чтобы в Новосибирске прозвучали сочинения, которых ещё не слышали. Это будет произведение композитора Бенджамина Юсупова, который пишет прекрасную музыку. Одна из его удач — блестящий концерт, написанный на 60-летие скрипача Миши Майского. Музыка звучала на всех континентах мира, стала хитом. Бенджамин предложил мне интересную идею — концерт-перевоплощение, который он назвал «Голоса скрипки» и посвятил его мне. В произведении шесть частей. В каждой из них я в корне должен поменять технику звукоизвлечения. Это будут шесть моих преображений как музыканта. Будет индийский вариант скрипки, цыганские напевы, джазовая импровизация. Остальное — секрет!

Вместо баяна — скрипка

— Как ваши родители поняли, что ваша дорога — это музыка? Ведь занятия начались, когда вам было только шесть лет.

— С трёх лет я просил маму покупать мне музыкальные инструменты-игрушки. Ксилофон, дудочки, саксофончики, гармошки — всё это звуковое великолепие восхищало меня. Мама отдала меня в музыкальную школу № 1, и уже там случай привёл меня в класс скрипки. Только в этом классе были ещё свободные места, на остальные инструменты набор был уже закончен. А я хотел на баян или на ксилофон.

Через шесть месяцев после поступления в школу моя учительница Наталья Гатиатулина выставила меня на городской конкурс, и я внезапно получил первую премию. В жюри конкурса сидел Захар Брон, знаменитый педагог. Он приехал в Новосибирск, чтобы преподавать в консерватории, к тому времени среди его учеников уже были яркие скрипичные звёзды. Наталья Павловна настояла на том, чтобы я перешёл в класс Брона. Мне тогда исполнилось семь лет.

— Чтобы одерживать победы на международных конкурсах, нужно заниматься по пять-шесть часов в день. Не хотелось забросить скрипку и просто погулять?

— Это замкнутый круг. Ребёнок, конечно, не хочет заниматься шесть часов подряд. Максимум двадцать минут! А дальше вступают в силу разного рода рычаги — мама уговаривает заниматься, потому что понимает, насколько это важно для ребёнка, учитель убеждает маленького музыканта, что надо работать для того, чтобы получать удовольствие от выступлений… Так было со мной. У Брона была очень правильная политика — он старался давать нам как можно больше сцены, как можно больше выступлений. И так уже в десять лет точно знал, что такое ответственность: должен сыграть хорошо, ни остановиться, ни ошибиться не имеешь права. А если мало занимался, то будут и ошибки, и остановки. А ощущения радости, хорошо исполненной работы не будет. Я знал, во имя чего пашу ежедневно по шесть часов!

— По законам ювенальной юстиции нельзя ребёнка заставлять тяжело работать. Как же тогда стать музыкантом?

— Здесь нет рецепта. Понимаете, если ребёнок талантлив, то для того чтобы чего-либо добиться, ему необходимо работать много и тяжело. И, увы, в детстве, потому что потом будет поздно — не получится освоить технику, нельзя будет верно поставить руку. А без верной техники не состоится ни один инструменталист. Но каждый ребёнок не может стать Паганини, это надо хорошо понимать. Такая муштра нужна далеко не каждому.

— Вы стали побеждать на конкурсах с 11 лет. В 15 сыграли свой первый концерт в Нью-Йорке, в Карнеги-холле. Не сложно столь молодому человеку проходить через медные трубы славы?

— Нет, я никогда не думал о том, что я такой молодец. Наверное, благодаря моей маме. Она умела возвращать мне чувство реальности, я всегда знал, что все мои выступления — это первые шаги, и гордиться пока нечем. Чтобы стать музыкантом, надо ещё очень много работать. Борн по-своему берёг меня от завышенной самооценки — например, когда мне было семь лет, он давал мне потактно разучивать «Каприсы» Паганини, выдавая эти сумасшедшие пассажи за технические упражнения. Я позже понял, что Паганини их уже играл… 

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)
Loading...

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество