Елена Зерняева второй год работает уполномоченным по правам человека в Новосибирской области. За это время ей удалось решить немало проблем жителей региона. Почему в последнее время выросло количество жалоб от участников СВО и членов их семей? Об этом в эксклюзивном интервью омбудсмен рассказала «АиФ на Оби».
Половина жалоб
— Елена Александровна, расскажите, пожалуйста, о вашей роли как уполномоченного по правам человека в регионе. Подходит к концу 2025 год — с какими результатами?
— Задачи, которые я ставлю перед собой и аппаратом Уполномоченного, не меняются. Второй год нахожусь в должности уполномоченного по правам человека в Новосибирской oбласти. И с того момента, как пришла, считаю, что мы должны заниматься защитой прав жителей города Новосибирска и Новосибирской области. Чем плотнее мы будем работать с людьми, проводя их личные приёмы, рассматривая письменные и устные обращения, тем будет лучше нашему населению.
Что касается проблем, по которым к нам обращались люди, то они неизменны, из года в год остаются теми же. В основном, это социальные вопросы, включая предоставление медицинской помощи, выплат пенсий или других пособий.
Если говорить о категориях граждан, которые обращаются, то это инвалиды, пенсионеры, дети-сироты, многодетные, бездомные. То есть все категории социально незащищённых слоёв населения.
Надо отметить, что в этом году у нас увеличилось количество обращений от участников СВО и членов их семей — около 55% от всех обращений касается этой тематики.
— Вы сказали, что увеличилось количество обращений от участников СВО и членов их семей. О каком числе идёт речь?
— 1897 обращений поступило на 22 декабря 2025 года. Это в 2,5 раза больше, чем за аналогичный период 2024. Тогда за весь год поступило 815 обращений. Большая часть, 70% обращений, это вопросы розыска, вызволения из плена. 30% приходится на вопросы социальные, оказание медицинской помощи, содействие в проведении или несогласие с результатами ВВК, выплате пенсий по потере кормильца, денежного довольствия военнослужащим. Общение с коллегами показывает, что проблемы, которые ставят в своих обращениях участники СВО и их родственники, аналогичны и для других регионов нашей страны.
— А с чем вы связываете такую динамику, что в 2,5 раза выросло количество жалоб от участников СВО и членов их семей?
— На мой взгляд, любой рост обращений связан с объективными обстоятельствами. Это означает, что в жизни общества происходят такие события, с которыми люди в одиночку не справляются. Неважно, куда обращаются в аппарат Уполномоченного, в Минобороны или другие структуры. Это объ ективные причины для роста обращений. Люди считают, что есть проблемы, которые не решаются, они с ними идут. На сегодня рост количества без вести пропавших — одна из острейших проблем. Поэтому понятно, что она превалирует.
— Скажите, а ведь поиск без вести пропавших участников СВО может длиться годами. В чём проблема, почему всё не так просто?
— К сожалению, как я уже сказала, это острая, очень болезненная проблема, особенно для родственников, которые находятся длительное время в неведении. Ограничений по времени на решение этого вопроса нет. Есть случаи, когда судьбу пропавшего без вести удаётся установить довольно быстро, а есть, когда ничего неизвестно в течение длительного периода. У нас есть такие случаи: пропал без вести в 2023 году и нет сведений. Конечно, это связано с тем, что идут боевые действия, что нет возможности без риска для военнослужащих осуществлять эвакуацию. Поэтому мы все ждём окончания боевых действий, когда можно будет уже идентифицировать личности бойцов. Также часть пропавших без вести оказывается в плену, это тоже нужно понимать, часть обнаруживается в госпиталях и в расположении частей.
— А как быстро определяется тот факт, что человек попал в плен, пропал без вести или погиб?
— Эта процедура тоже довольно непростая. Находится ли человек в плену устанавливает Министерство обороны Российской Федерации и его подразделения. Ответы из Минобороны ранее поступали в течение 2-3 месяцев, сейчас — намного быстрее. Также этим вопросом занимается уполномоченный по правам человека в РФ Татьяна Москалькова, получая необходимую информацию от украинского омбудсмена и из Международного комитета Красного Креста. И понятно, что это происходит не каждый день, поэтому процесс растянут во времени.
— А с какими жалобами обращаются сами участники СВО? Пишут о нарушении их прав, вопросы об отпусках?
— Да, военнослужащие обращаются к нам по поводу того, что не предоставляются отпуска. Но командир воинской части имеет право в соответствии с законодательством, исходя из боевых задач и из той обстановки, которая складывается, отпуск не предоставить, оставить военнослужащего в расположении части для выполнения боевых задач. Поэтому тут вопрос двоякий: с одной стороны, отпуск должен быть, с другой стороны, Мы не знаем ту ситуацию, которая складывается в конкретной воинской части.
Жалуются военнослужащие и на то, что не предоставляется им медицинская помощь. Тоже сложная для проверки категория обращений, потому что по федеральному законодательству, по воинским уставам положено обратиться с рапортом к командиру своей части, в медицинскую часть. Поэтому все е поступающие в аппарат Уполномоченного жалобы от действующих военнослужащих о возможном нарушении их прав я направляю в органы военной про прокуратуры по месту дислокации воинской части для того, чтобы там, на месте прокурорские работники могли посмотреть, что реально происходит, проверить доку- ментацию и отреагировать при наличии оснований.
Инвалиды реже жалуются
— А как решаются вопросы других категорий граждан: например, инвалидов, детей-сирот, мигрантов?
— Можно сказать, что есть тенденция к снижению по сравнению с прошлым годом. 113 обращений поступило от лиц инвалидностью, а в 2024 году их было 241, то есть снижение в два раза. Дети-сироты — 19 обращений (в 2024 году — 29). От мигрантов поступило 18, а в прошлом году было 17, то есть более-менее сопоставимая статистика.
Вопросы, которые поступили от детей-сирот и лиц из их чис ла, это предоставление жилья и ускорение очерёдности такого предоставления. Мы проверяли все эти обращения, их немного, но нарушений прав детей-сирот е установили.
Что касается мигрантов, то обращения разные. Сейчас есть родственники иностранцев, которые просят помощи из-за родных, участников СВО, в предоставлении им российского гражданства и соответствующих выплат.
Поступали также обращения от мигрантов-нарушителей российского законодательства, которые были депортированы с запретом въезда в Российскую Федерацию, в основном, на 10 лет. Помочь в ситуации, когда есть установленные факты нарушений закона, судебные решения, практически невозможно.
Несколько обращений от мигрантов касались новых правил сдачи тестирования по русскому языку при поступлении в школу. Жалуются родители детей-ментальщиков, инвалидов. Но обращения о нарушении прав не подтвердились: требования к тестированию для всех одинаковые, они принимаются на федеральном уровне 17ce .
— А что касается обращений от инвалидов на что они жалуются?
— Чаще всего жалуются на нарушение трудовых прав и нарушение закона при предоставлении жилищно-коммунальных услуг, обращаются за содействием в записи к узким врачам-специалистам. Восьми лицам с инвалидностью мы в этом году смогли помочь. Был один вопрос от матери инвалида — участника СВО. Она просила путёвку в конкретный санаторий Новосибирского района. После обращения к министру труда и социального развития вопрос решился, путёвка предоставлена, это наш совместный результат.
Было ещё одно интересное обращение: инвалид-колясочница нам написала, что посещала концерт певицы Максим 27 февраля этого года в «Локомотив-Арене», где ей организатор пообещал создание необходи мых условий. Однако фактически ей не было видно сцену из-за впереди стоящих людей. После моего обращения к министру физкультуры и спорта Новосибирской области С.А. Ахапову организатор вернул стоимость билета и заверил, что в последующем при организации концертно-зрелищных мероприятий больше таких нарушений допускать не будет.
— А были ещё громкие истории, когда удалось отстоять права человека?
— У нас был случай с жителем Новосибирска. Мужчина более 25 лет проживал в квартире с отчимом, однако после его смерти, когда пришёл в местную администрацию оформлять договор социального найма на свою квартиру, в которой он проживал больше четверти века, ему в этом отказали, хотя фактически он имел право на эту квартиру. Он обратился в суд с заявлением о понуждении к заключению договора социального найма, а мэрия — со встречным исковым заявлением о его выселении. Прошла апелляция, кассация. В этих инстанциях суд поддержал мэрию в вопросе выселении мужчины.
И вот уже такой ситуации человек пришёл к нам, мы взяли все решения судов, поняли, что это совершенно несправедливое решение, нашли юридическое обоснование, которое позволило вмешаться в эту ситуацию. Написали письмо со своей позицией федеральному уполномоченному, которая нас поддержала и обратилась с соответствующим ходатайством в Верховный Суд Российской Федерации. В этом году Верховный Суд РФ отменил все решения нижестоящих судов, отправил дело на новое рассмотрение. В итоге Первомайский районный суд при новом рассмотрении удовлетворил требования заявителя, и в конце концов с ним заключён договор социального найма, и все его права на эту квартиру были узаконены.
Справка
Уполномоченному по правам человека в Новосибирской области за 2025 год поступило 1897 жалоб от участников СВО и членов их семей. Но только 40 из них подтвердились, и заявителям было оказано содействие в предоставлении медицинской помощи, получении справок о ранении, заключений ВВК, федеральных выплат. Также 46 новосибирцев удалось вернуть из украинского плена.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
