Бывший руководитель Корпорации развития Новосибирской области Александр Зырянов, находящийся в следственном изоляторе уже около двух лет по обвинению в коррупции, начал публиковать заметки в собственном Telegram-канале. По его собственному признанию, решение транслировать свои мысли было вызвано переоценкой многих жизненных ценностей за время заключения.
В дебютном посте он сообщил о намерении открыто описывать детали своего уголовного дела, особенности ведения следствия и повседневную жизнь внутри пенитенциарной системы. Также автор пообещал делиться независимым взглядом на происходящие события в Новосибирске, России и мире, обещая избегать самоцензуры. При этом Зырянов уточнил, что физически не может заниматься писательской деятельностью из-за отсутствия беспроводной связи в камере. Публикацией текстов занимаются его доверенные лица: материалы передаются адвокатам во время встреч, после чего те выкладывают их в сеть.
Пребывание под стражей ранее уже побудило экс-чиновника заняться литературным творчеством. В своих произведениях он преимущественно описывал бытовые условия изолятора и сокамерников, которых только за первый год сменилось шестнадцать человек. Среди персонажей его записей фигурировали неграмотный мужчина по имени Коля, которому Зырянов помогал осваивать алфавит, мигрант Миша, увлекавшийся рисованием автомобилей, и гражданин Андрей с психическими расстройствами, оказавшийся в СИЗО из-за кражи спортивной обуви.
Адвокат Павла Лузан подтверждает авторство своего подзащитного над поэмой «Моя тюрьма», которая завершается строками о необходимости сохранять человеческое достоинство в неволе.
Напомним, что Александру Зырянову инкриминируется пять эпизодов получения взяток на десятки миллионов рублей. Следствие утверждает, что часть средств — порядка 9,5 миллиона — была направлена на организацию новосибирского кинофестиваля «Семейные традиции» и размещение имиджевых материалов в медиа. Другие эпизоды связаны со строительными подрядчиками, китайскими инвесторами и чемпионатом по универсальному бою. Сам обвиняемый категорически отрицает вину, заявляя об отсутствии рекламных роликов о себе и непричастности к продвижению кинофестиваля.