Архитектура Новосибирска — это живая иллюстрация разнообразных строительных решений, где каждое здание несет отпечаток своего времени. Улицы города — словно страницы учебника, повествующего о различных стилях и эпохах, порой переплетающихся в неожиданных комбинациях. Мы перенесемся на 20–30 лет назад и пообщаемся с научным сотрудником Музея Новосибирска, экскурсоводом и автором нескольких книг об истории Новосибирска Константином Голодяевым. В интервью «АиФ на Оби» краевед рассказал об архитектурных истоках, на которых вырос современный мегаполис в сердце Сибири.
Обманутые дольщики и первые монолиты
— Константин Артёмович, расскажите о том, что происходило в строительной отрасли Новосибирска на рубеже 1990–2000-х годов?
– Начало 1990-х ознаменовалось серьёзными переменами. Строительные и проектные организации начали акционироваться, дробиться, что привело к разрушению налаженной системы производственной и материально-технической базы. Прекратили своё существование такие гиганты отрасли, как стройтресты № 30 и № 43. Даже «Сибакадемстрой», хотя и удерживался на плаву, столкнулся с резким сокращением объёма заказов. Эпоха капитального строительства ушла в прошлое, а возможности хозяйственного способа финансирования оказались крайне ограниченными. Грандиозный союзный проект «Жильё-2000» был свернут, долгострои и обман инвесторов стали привычным явлением. Жилищное строительство переживало глубокий спад, оставаясь доступным лишь для крупных игроков рынка.
Но период реструктуризактуризации постепенно перешёл в фазу восстановления. Отказ от типовых проектов привёл привёл к появлению индивидуальных архитектурных решений, привлекательных своей уникальностью. К этому времени в стройиндустрию пришл современные технологии – монолитно-кирпичное строительство, использование стекла и бетона. Одним из первых представителей новой эпохи стал дом № 21 на улице 1905 года – первая монолитная многоэтажка города, возведённая в 1992 году тресто «Новосибирскжилстрой-2». Трёхподъездный монолитный дом выглядел внушительно, напоминая неприступную крепость. Впоследствии подобные здания возводились уже в более изящной, одноподъездной версии.
Строительную сферу поддерживали немецко-сибирское предприятие «Сибит» и масштабная реконструкция жилого фонда, включая надстройку дополнительных этажей. Были успешно завершены знаковые объекты, такие как гостиница «Интурист», дом охотника на Нарымской, ставший лауреатом престижного архитектурного конкурса «Золотая капитель», жилой комплекс «Тихая площадь» авторства В.П. Авксентюка, а также ряд храмов. На рынке появлялись новые амбициозные игроки, и даже несмотря на экономический кризис 1998 года к концу десятилетия строительный сектор восстановил свои позиции до уровня 1991-го. Однако начало нового тысячелетия неожиданно оказалось ещё более сложным.
«Бэтмен» и «шприц»
– Можно ли утверждать, что архитектура Новосибирска в 1990-2000-е годы отражает переходный этап развития города?
– Безусловно, да. Экономические трудности этого периода нашли отражение в строительной индустрии. Одна из главных проблем заключалась в сложности выделения земельных участков под застройку. Так, в конце 80-х годов институт метрологии получил разрешение на возведение жилого комплекса для своих сотрудников. В начале 90-х строительство началось по проекту заслуженного архитектора России В.В. Бородкина, однако вскоре финансирование прекратилось, и государственный заказчик «ушёл». В итоге дом по адресу Депутатская, 2, отличающийся переменной этажностью и высокими потолками в 3,3 метра, был введён в эксплуатацию в 1997 году уже как коммерческий проект.
Одной из примечательных построек начала 2000-х стал жилой дом переменной этажности (от 1 до 9 этажей) на улице Чаплыгина, 47, спроектированный мастерской Николая Деева. Один из фасадов здания своим видом напоминает структуру бразильских фавел. Однако такая форма обусловлена вовсе не эстетическими соображениями, а необходимостью соблюдения норм инсоляции: дом вписывается в окружающую застройку таким образом, чтобы не затенять соседние стро- ения. Сегодня эта проблема, к сожалению, мало учитывается.
Другой пример – 18-этажные монолитные жилые ком- плексы на улице Немировича-Данченко. Дом № 120/5 был построен в 1996 году, а здание на Ватутина, 83 – в 1998-м. Первый долгое время эксплуатировался по бюджетной схеме, что наложило отпечаток на его внешний вид. При ремонте светлого фасада трещины были замазаны тёмным раствором, оставив характерный узор, за который дом получил прозвище «Дом с трещинами».
В 2001 году был сдан так называемый «болгарский» дом на улице Орджоникидзе, построенный в рамках бартера за поставки ядерного топлива на АЭС в городе Козлодуй. Затем последовали оригинальные проекты вроде 86-метрового небоскреба «Бэтмен» (2004 год), потом «Шприц» 12-го Военпроекта на улице Гоголя и другие нестандартные решения, далекие от традиционного жилищного строительства.
– Как изменились предпочтения новосибирцев в выборе жилья и коммерческих помещений в течение этого периода времени?
– Не думаю, что они особо изменялись. Одним по-прежнему нужен центр и высокие потолки, другим – коттедж и лес за окнами, третьи вынуждены искать дешевле и хоть немного поближе к метро. Все люди разные и желания у всех разные. Что точно изменилось – стало больше возможностей и шире выбор. Однако идеального баланса между мечтами и реальными возможностями пока достичь удаётся не всем.
«Парикмахеру мешают ваши уши»
– Как вы думаете, какое влияние оказала архитектура 2000-х годов на облик современного Новосибирска?
– На мой взгляд, положительные изменения в архитектуре новых объектов наметились лишь в последние годы. Однако вопросы градостроительства продолжают оставаться в зоне частных интересов, без должного планирования.
Важно затронуть и другой аспект – уничтожение зелёных зон, снос исторических зданий и разрушение архитектурных элементов при капитальном ремонте. Программы ремонта часто нацелены на упрощение и устранение «архитектурных излишеств» – фризов, карнизов, филёнок, балюстрад и других декоративных деталей. Принцип «парикмахеру очень мешают ваши уши» действует уже многие годы, что приводит к утрате исторического облика зданий. Аналогичным образом закрытие строений 1930-1950-х годов сайдингом лишает их первоначального очарования.
Сегодня нередко приходится наблюдать, как архитектура и красота приносятся в жертву функциональности и экономии. Это снижает ценность профессии строителя, которая всегда пользовалась уважением и была высокооплачиваемой. Было бы замечательно вернуть эти ценности в современность.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
