aif.ru counter
105

План по раскрытию убийств загоняет правоохранителей в тупик

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 41. «АиФ на Оби» 12/10/2011

Евгений Чернышов в колонии уже три года. За убийство, которого, как он утверждает, не совершал. В местах заключения ему остается провести еще четыре года. Если только комиссия по помилованию при президенте России или Страсбургский суд не решат по-другому.

В эти инстанции активисты движения «За права человека» намерены направить дела Евгения Чернышова и еще четверых новосибирцев — незаконно осужденных, как считают правозащитники.

— Сегодня в местах заключения Новосибирской области находятся 2,5 тысячи человек, — говорит лидер Новосибирского отделения движения «За права человека» Виктор ПОЛЯКОВ

— По данным общественного расследования, проведенного нами совместно с другими правозащитными организациями, порядка 67% обвинительных приговоров в нашей стране выносится с нарушениями УПК.

Из 2,5 тысяч осужденных в НСО 41 человек считает себя незаконно осужденным. Рассмотрев материалы дел этих людей, юристы-общественники пришли к выводу, что в четырех случаях доказательная база содержит неразрешенные противоречия, а это значит, что вынесение обвинительных заключений по этим, явно недоработанным, делам — уже суть преступление.

Так, в деле Евгения Чернышова свидетели показывают, что убийца был маленьким и толстым. Евгений же имеет рост 180 см и худощавое телосложение. В материалах дела есть заключение эксперта о том, что осмотр места происшествия был проведен следователем неправильно. Тем не менее Евгений Чернышов сидит.

План по убийствам

В одном из новосибирских РОВД висит плакат, возвращающий нас в мрачный 1939 год: «Если вы еще не сидите — это не ваша заслуга, а наша недоработка».

— И это не шутка, — мрачно констатирует Виктор Поляков. — У судей и полицейских есть показатели раскрываемости, которые они должны неуклонно повышать, и «план по убийствам», который нужно во что бы то ни стало выполнять.

Государственная политика в отношении правоохранительных органов — западня для судов и следователей. Министр Нургалиев ежегодно ставит задачу повышения раскрываемости преступлений. Ну а количество раскрытых преступлений должно соответствовать количеству посаженных преступников. Комментарии, думается, излишни…

Большинство незаконно осужденных в местах заключения сидит по ст.105 — «Убийство». Потому что в этой категории преступлений самые высокие требования к раскрываемости. И если такие деяния, как кража или пьяный дебош, можно замять, просто не приняв заявление у потерпевших, то труп никуда не спрячешь.

Как говорится, есть тело — есть дело. Согласно статистике правозащитников, ежегодно в одном только Новосибирске 2,5 тысячи преступлений остаются «незамеченными».

— Попробуйте зарегистрировать заявление в полиции, и вы поймете, насколько это сложно при том противодействии, которое вам будут оказывать, — отмечает Виктор Поляков.

Без права на снисхождение

По мнению, заместителя председателя организации «Возрождение жизни» Александра ШЕХМАНА, система российского правосудия несовершенна в том, что возможность помилования прописана только на бумаге:

— Семь лет назад была создана комиссия по помилованию при президенте. За это время число помилованных по всей стране составило меньше 10 человек. Новосибирцев среди них не было.

Президент не помиловал ни старушку 73 лет, убившую мужа-алкоголика, в течение полувека терроризировавшего всю семью, ни молодую девушку, которую подло подставил любимый человек, подложивший ей в сумку наркотики.

Для незаконно осужденных шансы на реабилитацию и вовсе равны нулю.

Потому что, во-первых, объясняет член комиссии по вопросам помилования в НСО Олег ПУЧКОВ, в российском законодательстве вообще нет такого понятия — «незаконно осужденный». Составители законов априори считали, что судебная система не может ошибаться. А во-вторых, чтобы получить хотя бы призрачный шанс на снисхождение, нужно написать в прошении: «Полностью признаю свою вину и глубоко раскаиваюсь».

— Но почему человек, который не совершал преступления, должен признавать вину и раскаиваться?

В чем? — возмущается председатель Новосибирского отделения движения «Матери в защиту осужденных» Людмила СЕМЕНОВА.

Судей надо выбирать

Последняя надежда незаконно осужденных — международный суд по правам человека в Страсбурге. Но до рассмотрения там доходит только 9% обращений из двух тысяч, ежегодно поступающих в русскоязычный секретариат Страсбургского суда. Остальные либо отфильтровываются агентами ФСБ, работающими в канцелярии, либо отсеиваются по формальным признакам — нарушены сроки, не выдержаны требования к оформлению.

Кстати, из России в Страсбургский суд поступает самое большое число заявлений.

Правозащитники уверены: судьи в России должны быть выборными. Сегодняшняя судебная система, когда судьи назначаются президентом и получают оклады от 150 тысяч рублей, при этом институт присяжных в России практически не работает, глубоко порочна.

Смотрите также:

Оставить комментарий (1)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ-5 читаемых

Самое интересное в регионах