aif.ru counter
12.04.2013 18:02
Варвара Канаева
317

Человека нельзя заставить отказаться от наркотиков

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 15. АИФ на Оби 10/04/2013

Новосибирск, 12 апреля, АиФ – Новосибирск - В центре реабилитации наркоманов, окормляемом РПЦ в Новосибирске нет решеток на окнах и даже замков на дверях. Здесь помогают выбраться из омута дурмана молитвами и трудом.  

Трехэтажный дом на окраине Новосибирска обнесен высоким добротным деревянным забором. На воротах замка нет. В окнах без решеток — теплый домашний свет. В сенях дома — несколько клеток с кроликами, азартно хрупающими морковку. Двери особняка тоже не закрываются.  В доме на  стенах — гобелены и репродукции картин, пахнет свежим хлебом. Иконостас с иконами есть только в молельной комнате на втором этаже.  

«Вера — это не условие пребывания в центре, — поясняет Андрей ФИЛИППОВ, куратор  новосибирского отделения Межрегиональной благотворительной организации «Покров» от РПЦ. — Наручниками никого не приковываем, двери за замки принципиально не закрываем. Это заблуждение, что человека можно заставить отказаться от наркотиков и алкоголя. Только его сознательный выбор в пользу жизни поможет удержаться от их приема».

 

www.russianlook.com

Смерть или тюрьма

 

Сейчас вечер — время ежедневного общего собрания. В огромной комнате на мягких диванах сидят 27 человек, на полу, у ног — общий любимец ротвейлер. Петр Стебин, бывший наркоман, а сейчас уже три года как наставник группы взаимопомощи, рассказывает историю своей жизни:

«Жил в городке Мыски Кемеровской области. Курить начал рано, потом перешел на марихуану. Опиум и героин достать оказалось несложно, не хватало только денег —  одна доза героина стоит 1500–1800 рублей. Чтобы достать деньги, приходилось грабить людей… Я плохо помню, что со мной было, но все знакомые наркоманы — кто умер, кто сидел в тюрьме. Отмотал и я несколько сроков, в промежутках между ними — каждый был всего восемь-десять месяцев — веселился. Очнулся от очередного дурмана в тюрьме особого режима и вдруг понял, что меня уже ничего не пугает — ни решетки, ни дубинки, ни собаки... Звери, перегрызая лапы, уходят из капкана, не желая мириться с настоящим. А я привык. И мне стало так страшно, что я не стал ждать освобождения, а попробовал жить по-новому в тюрьме. Не стал пить даже чифирь (крепкий, вываренный чай). Надо начинать избавляться от греха в тот момент, когда только пришла мысль об отказе.  Перенести ломку оказалось не самым трудным — сложнее было полностью отказаться от себя прежнего. Пришлось прекратить общаться в тюрьме с наркоманами. Я ходил в храм, молился, просил у Бога поддержки,  часами сидел в библиотеке. Когда освободился, пришел в центр. И вот уже три года не колюсь, живу без наркотиков, без алкоголя. Я словно проснулся и учусь радоваться миру вокруг».

После рассказа — тяжелое молчание. Потом звучит вопрос: «Неужели не тянет больше…?»

«Тянуть будет всегда, но… Я на собственной шкуре понял, что изменить свою жизнь можно только с Богом. Не призываю к вере, просто шаг к жизни может быть только через церковь.  Человек слишком слаб, а Господь, если его просить, не позволит опуститься».

В православный центр может прийти любой. В группах живут и алкоголики, и бывшие заключенные, и люди, просто попавшие в трудную ситуацию — например, Юра, недавний выпускник детского дома, у которого «добрые люди» пытаются отобрать комнату. Но юристы центра отстаивают в суде его права. Остаются здесь надолго немногие: очень жесткие условия проживания — нельзя даже курить.

День в центре начинается в 7.00 — общая молитва, зарядка, завтрак. К девяти расходятся по работам. Трудятся все, у кого нет медицинских противопоказаний. «Праздность — мать греха» — один из постулатов. Начинают, как правило, с неквалифицированного труда. Затем бывшие наркоманы, уже способные трезво мыслить и отвечать за свои поступки, вспоминают свою профессию либо идут учиться. Последний этап тех, кто окреп духом, — выход в мир, в общество. Человек начинает жить почти самостоятельно, лишь иногда его навещает наставник.  

Подходит время вечерней молитвы, пора уходить. Вдруг меня останавливает парень. Немного смущаясь, он решительно просит: «Я принимал наркотики с шестнадцати лет, у меня больше десяти лет стажа. Но ты всем скажи: главный кайф — это когда утром просыпаешься, а бежать за дозой не надо…»   

Личный подвиг

«Недуг наркомании очень тяжел. Сами ребята говорят, что бывших наркоманов не бывает, есть только наркоманы не употребляющие, — говорит протоиерей Андрей РОМАШКО, один из священников, проводящих беседы с насельниками центра. — Физиологическая и психологическая зависимость остается на всю жизнь. Чтобы стать нормальным членом общества, требуется огромное мужество, личный подвиг. Человек должен отказаться от своего прежнего окружения, друзей, подруг, иногда семьи, переехать в другой район или город. И каждый день отказываться от того, чтобы еще раз попробовать. Самая большая проблема сегодня — наркоманы, как правило, не нужны обществу, их боятся, стараются не связываться. Многие люди не милосердны, и, наверное, их можно понять. Поэтому большинство выпускников трудится в храме или работает на предприятиях по рекомендации священников».  

Центр реабилитации наркоманов "Покров" действует несколько лет.  Тех, кто решает здесь остаться, а потом возвращается к нормальной жизни, — около 60%. Это очень высокий показатель.  Личный подвиг не каждому по плечу. Но хорошо, что такая возможность есть.

 

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество